На шестом курсе в наш мединститут из Омска перевелась девушка сказочной красоты...Элегантная, высокая, белокожая брюнетка с удивительно редким цветом глаз. Помнится, когда первый раз встретился взглядом, оторопел, глаза чёрные и только вблизи определяется едва уловимый карий оттенок, этот оттенок и возвращал в реальность из демонического мрака бездны её глаз. Чёрные как смоль волосы обрамляли красивое лицо. В общем, Марина была девушка весьма импозантная, немудрено, что появление такой выдающейся особы не могло оставить равнодушным мужскую половину нашего ВУЗа. Желающих "завоевателей" оказалось слишком много. "Давка в очереди" - не мой конёк, видимо из-за подсознательного страха проиграть битву и быть поверженным, посему я гордо "отвалил" и наблюдал столпотворение издалека.
Маринка оказалась чрезвычайно разборчивой, даже черезчур, кастинг подручников был полностью провален. Самое удивительное, что "выбывшие из гонки" упорно молчали, вместо, увы, привычного в мужской среде поливания грязью отказавшей девицы. Прошло пару месяцев, и Марина, независимая, стройная, обалденно красивая девушка осталась одна, казуистика, одним словом. Вернее сказать, термин "одна" к ней был малоупотребим, так как она была везде и повсюду; будь-то сцена нашего Дворца Целинников, где она читала пристнопамятные стихи о Ленине, будь-то выезды на картошку, будь-то студенческий дискач. Танцевала она просто замечательно; дружила она и с ритмом, и с пластикой, кураж не на публику, а для себя любимой. (Мне вообще нравится смотреть на умеющих хорошо танцевать девушек, по-моему, лучшее прелюдие для классного секса, чем созерцание красиво двигающегося в танце женского тела, нет. Порой смотрю ТВ, какой-нибудь звездила поёт, а я волей-неволей пялюсь на танцующих позади девиц-марджанеток, оформляющих бездарного вокалиста). Короче, решил и я попробовать "постоять рядом", но, увы, сразу был поставлен на место, мне было сообщено, что о моих кобелиных пристрастиях она от девчонок уже наслышена и общаться с таким неблагонадёжным субъектом ей вроде как "западло". Ну и чёрт с тобой, подумал я и "отвалил".
Надо признать, это был первый и пока последний отказ в моей сексбиографии. Как-то, на одной шумной, студенческой вечеринке, мы засиделись за столом, рядом со мной сидела моя "фронтовая" подруга Танька, которая, будучи во хмелю, зная мой интерес к Маринке, запустила свою руку под стол, расстегнула ширинку и схватила моё мужское начало. У меня плоть дыбится в её руке, ну не железный же я, а затевать "борьбу" не могу, потому, как вижу, что Танька неуправляема и последствия непредсказуемы. Ладно, думаю, подержится, надоест, отпустит, а она Маринке говорит: "Буча с тобой танцевать не пойдёт, я его крепко за ххх держу". Парни - дураки прикалываются, под стол заглядывают. Если до этого эпизода надежда ещё теплилась, то теперь всё было похерено основательно. Тем не менее, я хоть и держался на расстоянии от лакомого, вожделенного объекта, надежду на потепление в отношениях не терял. Её статус в моих глазах бесконечно вырос после того, как она в полной аудитории влепила пощёчину одному нашему преподавателю - доценту за пошлое персональное предложение. Никогда не думал, что в общем-то хрупкая девчонка может прилюдно заехать с такой силой. Было ощущение выстрела. Маринку "судили" в ректорате, она вышла, бледная, бесстрастная с высоко поднятой головой. Я догнал её на улице, пытался успокоить, она молчала, потом резко повернулась в мою сторону и с надрывом выпалила: "Ну отстань, пожалуйста!". До сих пор помню её взгляд, секундный, вместо глаз два огромных чёрных озера слёз. Скандал был замят, главным образом из-за нежелания руководства ВУЗа в подобной рекламе.
Я стал более навязчив и искал встречи. Она в свою очередь, при первой же возможности изображала презрительное "фи" в мою сторону и демонстративно отстранялась как от переносчика бубонной чумы или сифилиса, что ей представлялось, видимо более реальным вариантом, учитывая мою "славу". Эх!, старые времена!, как много хорошего было, однако вспоминается и плохое, вернее дурное. Люди, кто по старше, помните это грёбанное РАСПРЕДЕЛЕНИЕ, когда тебя по окончанию учёбы направляют в какую-нибудь дыру поднимать "целину". Уезжаешь цивилизованным человеком, а через данный срок становишься таким же, как и местные сельские аборигены; свиновод, птичник с пузырём самогона в мятом пузырчатом костюме, мечтающем максимум о мотоцикле "Урал" и непременно с коляской. Мля, вот такая перспектива наметилась и у нас. Надо сказать, что взятку "кому надо" я начал собирать ещё загодя, не будучи уверен в 100%-ной гарантии остаться горожанином, короче, был в тревоге, как и многие мои горе-друзья "однополчане". Ту же задачу решала и Маринка, которая по-прежнему оставалась единственной и неповторимой, словно материальное выражение слова - "Independence". Однажды она снизошла до общения с "кобелём", то бишь со мной и искренне поделилась своей безрадостной перспективой. На мой вопрос: "А чего не выйдешь замуж?". Она иронично выдала: "Да где сейчас, за короткое время такого дебила найти?", сокрушённо вздохнула и ушла.
Утром следующего дня она позвонила мне и попросила встречи, я прилетел, кажется на час раньше. Заявляется Маринка, сияет, её пожизненные серьги "креолки" болтаются, предвещая экстраординарную новость. Она смотрит мне прямо в глаза и говорит: "Буча, у меня есть план, давай поженимся". "Вот ты и нашла дебила", - вспоминая вчерашний разговор, пытаюсь парировать. "Да ладно тебе, фиктивно, на месяц, распределимся как надо и разведёмся", - говорит она, только решай быстрее. Взятка взяткой думаю я, а вот запас в виде свидетельства о браке тоже, явно не помешает. "Ладно говорю, только чур не целоваться" - пытаюсь заигрывать. "Размечтался" - брезгливо морщится Маринка. Расписываться пришлось по её месту распределения в 360-и километрах от города в симпатичной, богом забытой деревушке, про которую, однако помнили бонзы-палачи из облздравотдела.
Маринка уже вроде как приступила к работе и доблестно отпахала календарный месяц. После маскарада в местном ЗАГСе, моя "девятка" отказалась заводиться. До дома, где жила Маринка, машину отбуксировал грязный трактор "Беларус", естественный атрибут всех сёл Советского Союза. Дело к вечеру, изображаю сборы "на Родину", прошу её приглядеть за машиной. Она в растерянности, это слишком хорошо заметно, "ломается", сомневается, и наконец я слышу: "Ну ладно, оставайся до утра, чего на ночь-то приключения искать?". Итак, вечер, терренкур по местным достопримичательностям, ходим, она здоровается с сельчанами, "жениха показывает", я деланно улыбаюсь, играю роль. На ночь жареная картошка и чай с сахаром-рафинадом. Маринка громоздит мне отдельно постель из каких-то подручных средств; ковёр, пальто, ватник, какие-то занавески. Лежу, не спится что-то, в окне полная луна, видно всё, как там, у хохлов - "хоть иголки сбирай", тишина полная.
Тут открывается комнатная дверь, через меня перешагивает Маринка, закрывает входную дверь и направляется обратно к себе. Она в короткой приталенной комбинашке, под ней грудь колышется в такт шагам, бёдра красивые освещаются в лунном свете, она идёт на носочках, икры подтянуты, аппетитные. Не выдержал я, схватил за икру, держу, а она: "Буча, ты чЁ обалдел совсем что ли?". Я начинаю наступление, и тиражирую свои права на секс, на законном основании зарегистрированного мужа, ё-моё, и так далее и тому подобное. Удивительно, она соглашается, но с условием: "Туда не делать". "А куда делать?" - спрашиваю очарованный её инфантилизмом. "Может в попу?" - говорю и сам пугаюсь своего вопроса и на всякий случай ожидая ответ, готовлю руку для прикрытия возможного тумака. "Ты чЁ, совсем больной?, нет конечно!" - чуть ли не криком молвит она и внедряется ко мне под одеяло. Всю ночь шла "война" с переменным успехом; ты что плавки снимаешь? - а ты что в комбинашке спать будешь? - одень плавки - я сейчас второе одеяло принесу - целоваться, только без языка - куда руки полезли? - какой ты бессовестный? - куда ты его суёшь? - туда не надо! - а куда надо? - никуда не надо! - ладно, только потихоньку - я же сказала, потихоньку! - короче, секса практически никакого, зато как я устал, не передать, но первый шаг был сделан. Потом стало легче.
На следующий день, вернее, на следующую ночь всё было проще, лозунг "Туда не делать" был растоптан, раздавлен, разбит, словно гусеничным траком тяжёлого танка. Ей нравилось, она не просила продолжения, но и не сопротивлялась. Как и большинство девиц изгалялась над моей мужской крепостью, когда в самый неподходящий момент поднимала тему из разряда категорий сравнения, типа а как ты с той?!, а с кем лучше? и т.д. Через неделю я забрал Маринку из "плена", и мы замечательно доехали "до дому", многократно останавливаясь для приятного времяпрепровождения. После этого всё пошло как-то обыденно, словно жили вместе долгие годы, без комплексов, взаимопонимание практически абсолютное.
Итак, мы остались вместе, наши родители были возмущены такой самостоятельностью в решении обоюдного окольцовывания, но результат их устроил. Марина моя жена. Мне с ней повезло, она чрезвычайно положительный человек. Моя родня, особенно родители в ней души не чают. Она по - прежнему в прекрасной форме; гоняет несуществующий жир в фитнесс-центре, суетится по дому, готовит подарки всем нашим близким, тщательно отмечает все праздничные даты, чтобы никого не обидеть. От её подруг нет спасения, она их предводитель, утешитель и вдохновитель, все хором утверждают, что Мэри похожа на Сандру Баллак, ё-моё, моя жена лучше. По причине её недуга ( она не может родить ), она просто помешана на наших племяшах, воспитывает; от уличных оздоровительных прогулок до чтения энциклопедий. Особливо досаждает им, заставляя смотреть канал "Дискавери".
Маринка в сексе в отличии от меня умеренна до неприличия. Её болезнь и сопутствующий гормональный сбой сильно отражается на мне, в постели она банально "даёт" по-Кайметовски в двух позициях, два раза в неделю, о минетах и других "изощрениях" речи быть не может, зато целует и ластится постоянно. Она не получает удовольствие от секса, она исполняет долг супруги, осознавая свой недуг и пытаясь утешить меня, изображает сладостные любовные переживания. Видимо осознавая этот статус, она сквозь пальцы смотрит на мои "подвиги" ждёт, когда я "перебешусь". Маринка репрессированного дворянского роду племени, её породистость прёт наружу, она долго переходит на "ты", ставит "усугубляющие" меня, как интеллигентного человека, дополнительные столовые принадлежности, всегда почтительна к старшим и чрезмерно нравоучительна к младшим. В общем у нас союз - я дал ей материальное благополучие, а она снарядила меня всем остальным.
Удивительно, но она в хороших отношениях с моей подругой. Уверен, прекрасно знает о нашей связи, интересуется её делами, подруга в свою очередь через меня передаёт ей какие-то журналы, короче жизнь кипит вокруг меня. Имена моей жены и моей подруги одинаковые: здорово, правда? Заезжаю за супругой в салон красоты, а они рядышком сидят, волосы под феными барабанами сушат и чирикают друг с другом, надеюсь не про меня. Кругом всё хорошо, все довольны, хотя моё сознание не спокойно, ведь такое положение противоестественно. Осознаю своё скотское отношение к ней в виде своих "подвигов" на стороне, стараюсь компенсировать максимальным вниманием и заботой. Она отзывчива и всегда благодушна, от этого у меня на душе камень ещё больше тяжелеет. Ладно, дальше видно будет.
